Затмение

Переосмысливать все то, что не сложилась,
Наверно, - глупо, если есть мозги.
Вспотел бинокль в непроглядной зги,
Отдавший фокус свой, судьбе на милость.
Все то, что так светло катилось,
Остановилось после тридцать три.

И тридцать пять уверенность не дали,
И в тридцать шесть, всё так как в тридцать три.
В просторном доме не видны углы,
Когда дом в зоне с красными флажками,
И шаг твой ограничен телесами –
Бездарным быдлом на границе тьмы.

Вперед шагнуть – порвут как Тузик грелку,
Назад нельзя – ушедший тот вагон.
Я мыслю так, что будто мой погон,
Вновь перекроенною офицерской сеткой,
Принял вид рядового пред « губой ».

Какие к черту разговоры?
Какие к дьяволу мозги?
Коньячный ум мой для уморы,
Себя поставил на торги.
Бардак - не мой, я в нем не трезвый.
Мозги дымят. Как пар спустить?
Как сохранить остаток нервов,
Чтоб трезвым мне шутом не слыть?

Какие разности борьбы душою с телом?
Какие сущности в бессмысленной борьбе?
Парить легко, труднее быть на дне,
Кружить в дерьме с потенциальной верой,
И быть средь черни мне вороной белой,
Пытаясь оставаться в неглиже.
Бессмысленны слова, что на бумаге,
Хоть и написаны надрывною душой.
Не можешь плакать? Слезно песню спой.
Пускай она не станет вечной сагой,
И для неё не вознесутся стяги,
В ней откровенность станет чистотой.

Я здесь пишу не для того, что очень надо,
Держать в себе все это не могу,
А быть шутом в безнравственном пиру,
Я не хочу, в нем нет души услады,
Хоть сны мои парят в садах Эллады,
Мой ровный нерв сжимается в дугу.

Не делайте из глупости кокетства,
Не разменяйте душу на корысть,
И каждый день цените как последний.
Ведь в этом дне еще надо прожить.
Не надо думать, что умней соседа,
Звоните просто чаще вы друзьям,
И верьте, от души одна беседа,
Важнее чем искать в душе изъян.