Паук

Уцепившись за грязные стены
И окутав весь дом паутиной,
Я взираю на все нощно, денно –
Кровожадная супермашина.

Мне не жаль, не досадно, не стыдно,
Когда бьётся в моих лапах тело,
Осторожность забывшее, видно.
Да и право, какое мне дело

До её глупых переживаний?
Раз - укол, два – укол - под наркозом!
Без особых затрат и стараний
Яд вливаю я глупым стрекозам.

Муха бьётся моля о пощаде.
Хладнокровно под кожу ей дозу
Я ввожу при свете лампады.
Что поделаешь – жизни проза.

Моль, что днём отсыпалась в чулане,
Ночью прямо летит мне в объятья.
Серым, жирным слыву болваном
Я средь "ихних" пушистых братьев.

И чего бы, казалось, я ради
Выпускал тараканов на волю?
Да меня бы представить к награде
Лишь за то, что их нет в доме более.

Паутины надёжны сети.
Не отпустят: ужо поверьте мне.
Доставляет блаженство вить их
Для других и в угоду смерти.

Вот пчела, угодив мне в лапы,
Ублажает цветочным нектаром.
Видел это бы мой папа,
Что живёт в сундуке старом!

Даром даже вонючий клоп
Расправляет могучие крылья.
Прямо в темя его я – хлоп!
Лопнул, словно пузырь мыльный.

Знать не стоит вам, что я дерзкий
Даже тёщу готов слопать.
Мой характер и впрямь – зверский
И лапища в крови по локоть.

Всё ж люблю своих деток малых
И люблю супругу – мегеру.
Заболеют - я им таблеток,
Даже спирту налью, но в меру.

Паучихе не строю козни,
Хоть для этого есть причина:
Ругань с ссорою всё же рознь.
Хоть паук, но я всё же мужчина.

День за днём коротаю время.
Зиму сплю своим сном паучьим.
Но весной насекомых племя
С новой силой я буду мучить,

Если только хозяйки новой
Хладнокровный служитель – веник
Не оставит меня без крова,
На съеденье синиц и пенок.