Бомжи не мы!

БОМЖИ НЕ МЫ! НО НЕ ОТ НАС ЛИ ЛИПКИЕ ЦВЕТЫ?
- Миха! – это орал мой сосед по койке в Питере. Я сюда попадаю после танцулек подлечить носик. На тот момент я учился в авиагородке на допуск к международным трассам.
- Айда со мной в бомжи! Ничего не делаешь. Пожрать всегда найдем и ноль беспокойства. Нас и отлавливали, надают простыней чистых, но не по мне все это, Миха! Ты понимаешь или чо?

Я у церквушки, небольшой такой, но довольно ухоженной. На входе лавочка , а на ней человек без определенного места жительства. Мне жалуется на то, что ему нужно переехать в районный центр, там и пенсия ближе и знакомые, но он вынужден проводить время пока здесь.
Мой собеседник ищет совета. Как будет лучше поступить?
Вид у него неряшливый, замусоленный, в общем гадок. К тому же излишняя полнота мешает свободно двигаться, плешивый, ну еще много и остальных признаков захудалой жизни попрошайки.
- Лучше ли будет и надо ли переезжать? - переспрашиваю. – Здесь Вы сидите на этой лавочке, там будете проводить время своей оставшейся жизни на другой. Возле иного храма. И если Вас туда все же тянет по определенным причинам, то езжайте. Сделайте, как угодно. Вы свободны в своих решениях!
- Но у меня здесь кошечки и я не сумею их оставить, они без меня помрут! - ноет он, хотя я не могу его понять. На улице лето, эти животные любят чистоплотность и обязательно найдут среди бесконечных домишек себе пропитание, не говоря о разбросанных вокруг полях, на которых великое множество мышей.
Оставляю ему в ладони мелочь на пропитание и ухожу, после же порой немного томлюсь, не находя истинного понимания его нахождения не там, где он бы хотел.
И только через неделю понимаю причину, сдерживающую его отъезд.
Там, у другого храма, одна шкодливая бабунька на Пасху начнокнула своим костыльком по спинке лучшего его товарища. При этом тот был очень даже напуган, испытывал боль и все свои ощущения передал своему другу.
Ох уж эти кошечки – бабульки!

«Седни был волшебный день!
Две сосиски проглотил,
Три бычка насобирал
И в подвальчике кутил.
Облизал Серги консервы,
Подлечил иголкой нервы,
А потома голой Люси
Нацепил с помойки бусы…»