Порочен...

Наяву, как во сне поцелуй при луне.
Снова юн, снова мне двадцать вёсен.
И парю в вышине на крылатом коне,
В календарную серую осень.

Совесть шепчет: "На дне... Возвращайся к жене,
На висках седина, между прочим.
По своей же вине путь закончишь в огне, –
По библейским канонам порочен."

— Божий суд впереди? Совесть, слышь, не зуди!
Чувств хмельных не поймёт трезвый разум.
Ёкнет сердце в груди – оба вы на пути,
Но любовь не отменишь указом.

— Счастье призрачный бриг, длиться может лишь миг,
Растворится, исчезнет в тумане.
Не поймать солнца блик, хоть соблазн и велик.
Строишь счастье своё на бархане.

— Может, ты и права, ждут меня жернова.
Может быть, на костре буги-вуги.
Я сейчас в шкуре льва – под косой трын-трава...
И боюсь не костра, а разлуки.