Волк и сука...

Нынче охота трудна и бесплодна.
Съел всю добычу лесную февраль.
В поисках жизни чужой, ради жизни,
Серый забрёл в непривычную даль.

Возле околицы льдистое поле,
Лапы на нём не оставят следов.
Тихо, темно… ни собак, ни запоров,
Ни стерегущих добро пастухов.

С краю села примостилась кошара,
Лёгкой добычей для волка полна.
Кровь на снегу – как разлитая чара
Терпко-солёного вкусом вина.

Отпировал одинокий бродяга.
К льдистому полю обратно, трусцой…
Что это? ПО ветру, с дальнего края,
Запах струится призывно-густой.

Голову крУжит тот запах, коль носит
В стае волчица его на себе…
Тенью крадётся полночный охотник
Через дворы, к одинокой избе.

Вот она. В громком извечном призыве
Набок завален потрёпанный хвост.
Сука. Собачье презренное племя.
Ждёт его. Встала в немаленький рост.

Звуков не слышно. Дыханье и запах.
Похоть куражится, воет февраль.
Щедро посеяно дикое семя.
Прочь от неё.... в безопасную даль...

***

Ранней весной к одинокой избушке
Путь проложила толпа ходоков:
В этих краях никогда не бывало,
Чтобы собака рожала волков…

Трое щенков во дворе подрастают.
Псы... или волки? - вопросы судьбе.
Ай да порода! – смеётся хозяин.
Самого злого оставил себе.

***
Снова февраль. На запорах кошары.
Помнят урок прошлогодний в селе.
Воет, дороги - пути застилая,
То ли метель… то ли зверь на скале.

Как ни хитри, волк опять при добыче.
Красное в снег - словно брызги вина...
Рвётся с цепи полукровка. Сорвался.
Злая луна возле крыши видна.

***

Мудро молчала замёрзшая сука.
Слушала только, пока не умолк,
Вой, что свободе теперь посвящали
Серый бродяга и сын её… волк.

Ветер следы их замёл, провожая,
К полной луне, как подарок, унёс
Песню,которую дружно сплетали
Волк-одиночка и сын его…пёс.